Угольные перекосы

На пути сокращения парниковых выбросов Китай выдает желаемое за действительное

Китай пытается сократить использование угля — основного энергоресурса, благодаря которому стал возможен экономический рост в последние годы.

Нина ШЕРШОВА

На уголь в Китае приходится 75% первичной энергии, потребленной страной за последние 35 лет. Динамика роста потребления показана на рис. 1 — до 2003 г. рост ускорялся, в 2003-2005 гг. держался на уровне 17-19%, потом начал замедляться.

Рис. 1. Темпы роста потребления угля в Китае за 2001-2014 гг., %


Источник: IEA

Всего с 2000 г. по 2013 г. годовое потребление угля выросло с 1.36 млрд т до более чем 4.24 млрд т, среднегодовой рост составил 12%. Перелом наступил в 2015 г. По данным китайской таможни, за январь-апрель 2015 г. было импортировано на 37.7% угля меньше, чем за соответствующий период предыдущего года. За это же время, по данным Национального бюро статистики, добыча угля упала на 6.1%, а совокупное потребление — на 7.7%, что позволило говорить о начале новой эпохи в китайской энергетике, да и промышленности в целом, когда потребление основного энергоресурса падает, а ВВП каким-то чудом продолжает расти. Согласно официальной статистике, в 2014 г. потребление угля упало на 2.9%, до 4.12 млрд т, а в 2015 г. — на 3.6%, при том что ВВП страны вырос на 7.3% и 6.9% соответственно.

Причины роста цены на уголь

Китай на государственном уровне проводит политику сокращения потребления, добычи и импорта угля и, одновременно, неуклонного экономического роста. Жизнь вносит коррективы: в сентябре 2016 г. внезапный скачок цен на уголь вынудил китайские власти увеличить добычу. В текущем году цены на уголь снова выросли, что опять привело к увеличению добычи. В обоих случаях рост был вызван разными причинами, но и тогда, и сейчас связан с проблемами политики и зависимостью страны от угля. В 2016 г. цены выросли, когда в преддверии отопительного сезона оказалось, что запасы на ТЭС упали до критического уровня. Причина — снижение добычи в результате сокращения добывающих мощностей, вызванного давлением на отрасль со стороны Национальной комиссии по развитию и реформам - основного ведомства, ответственного за планирование. В результате, Комиссия была вынуждена разрешить шахтам увеличить объем производства, в т.ч. и за счет запуска незадолго до этого закрытых или выведенных из эксплуатации лав.

Несмотря на это, падение добычи угля продолжалось, по крайней мере, если верить официальной статистике. По данным Национального бюро статистики, добыча угля в 2016 г. упала на 9.4%. ВВП же продолжил рост, увеличившись на 6.7%.

В 2017 г. цены на уголь и объем его добычи снова выросли. Власти Китая продолжают утверждать, что сокращение "избыточных" мощностей на шахтах по-прежнему идет с опережением графика.

Для регулирования рынка Национальная комиссия по развитию и реформам в январе 2017 г. приняла регуляторный план, согласно которому цены следовало сохранять в пределах допустимого диапазона $74.06-84.42 за т. Более низкие и высокие цены ($84.42-88.87 и $69.62-74.06 за т) требовали "усиления надзора" и принятия неких "руководящих мер". Еще большее отклонение предполагало корректировку цен и объемов добычи. К середине июля 2017 г. цены на уголь достигли $90.81 за т, т.е. корректировка потребовалась. В результате, по данным Национального бюро статистики, за I полугодие 2017 г. добыча угля в Китае выросла на 5%.

Подорожание угля в этом году является результатом сочетания ряда факторов, включая высокие темпы экономического роста и 6.3%-ное увеличение потребления энергии в I полугодии, обусловленное, в частности, жаркой погодой. Кроме того, несмотря на благоприятные прогнозы, гидроэнергетика снизила выработку. При этом производство электроэнергии ТЭС за I полугодие выросло на 7.1% по сравнению с 2016 г. Таким образом, Китаю не удается выдержать последовательную политику снижения потребления угля.

Достоверность официальной статистики

Но главный вопрос — даже не в том, насколько такую политику удается выдерживать, а в том, насколько можно верить цифрам, которые при этом озвучиваются на официальном уровне.

Выше уже было сказано, что власти были вынуждены разрешить увеличение добычи угля во второй половине этого года. Но в марте 2017 г. Национальное бюро статистики опубликовало ежегодное статистическое коммюнике, в котором указывалось, что потребление угля в 2016 г. опять сократилось — уже на 4.7%. При этом абсолютных цифр, т.е. на сколько тонн, названо не было. Таким образом, если верить Национальному бюро статистики, сокращение идет все быстрее — на 2.9% в 2014 г., на 3.6% в 2015 г. и на 4.7% в 2016 г.

В июле представитель еще одного ведомства — Национальной энергетической администрации заявил, что потребление угля в I полугодии 2017 г. составило 1.83 млрд т, что составляет 59.8% от общего потребления первичной энергии и на 0.6% меньше, чем в 2016 г. О том, выросло ли потребление угля или упало, ничего сказано не было.

Очевидное нежелание официальных органов публиковать полные и согласованные показатели по потреблению угля может означать, что данные, заявленные ранее, могут быть пересмотрены. В прошлом Национальное бюро статистики уже пересматривало свои данные задним числом.

Сомнения в достоверности китайской статистики, в частности энергетической, уже давно возникают у разных экспертов. В 2015 г., когда Китай еще только начал рапортовать о снижении потребления угля, профессор Глен Петерс из Центра международных исследований климата в Осло (CICERO) указывал, что китайская статистика по углю ненадежна. Так, в конце 90-х годов Китай заявил о закрытии ряда нелегальных шахт, что должно было привести к падению потребления на 20%. "Провал" потребления был, в частности, показан в отчетах BP, но позже данные были пересмотрены, и начиная с 2006 г. "провал" куда-то исчез ( рис.2).

Рис. 2. Пересмотр официальных данных по потреблению угля в Китае (отчеты BP за 2002-2013 гг.)


Источник: Глен Петерс.

Глен Петерс также заявил, что при публикации статистики за 2014 г. Китай тоже задним числом пересмотрел данные по потреблению угля за 2013 г., увеличив их на 8%.

Конечно, подобным образом поступают многие государственные органы статистики в разных странах, но пересмотр на 20% и 8% означает очень значительное искажение в прошлом. Если такие искажения возможны, то насколько нынешние данные соответствуют действительности, особенно на фоне продолжающегося экономического роста? Не логичнее ли было бы предположить, что и потребление угля, и рост ВВП искажаются официальной статистикой в угоду заявленной "линии партии"? Плановая экономика Китая – это все еще экономика "больших скачков" — если государство наметило ту или иную цель, то чиновники на местах стремятся отрапортовать о ее достижении, в противном случае, у них будут проблемы. Это не всегда означает приписки. В случае потребления угля, к примеру, речь может идти о закрытии ряда шахт (на основе чего и собираются данные об ограничении производства), но при этом нелегальная добыча может расти, а какие-то объемы угля просто не учитываются.

Такие искажения данных приводят к проблемам в управлении, которыми , в числе прочего, могут объясняться скачки цен в 2016 г. и 2017 г. Так, в 2016 г. государственные органы, похоже, не знали о реальной ситуации с запасами угля, пока ТЭС не начали заявлять, что угля нет и цены на него быстро растут.

Догоняют и перегоняют

Правительство Китая стремится сокращать избыточные мощности по добыче угля, основываясь на представлении о том, что этих мощностей достаточно для того, чтобы выполнять ежегодные планы по сокращению мощностей так, чтобы при этом угледобывающая отрасль могла нарастить объем добычи при необходимости, если спрос неожиданно вырастет. Но недавние события, когда внезапный рост цен заставил снова вводить в эксплуатацию недавно выведенные мощности, свидетельствует о том, что Национальная комиссия по развитию и реформам не может эффективно контролировать одновременно сокращение мощности, увеличение добычи и колебание цен. Скачок цен в 2016 г. произошел после заявлений Комиссии о слишком медленном сокращении добывающих мощностей и недостаточности мер по его ускорению. В результате, отрасль "перевыполнила" план, сократив к концу года 290 млн т добывающих мощностей вместо 250 млн т плановых, а цены на уголь подскочили на 70%. Китайских чиновников это ничему не научило, и в текущем году история повторяется: Комиссия отрапортовала, что к середине года отрасль выполнила годовую цель сокращения мощностей на 74%, закрыв их на 111 млн т. Разумеется, сокращение предложения опять привело к росту цен. Поскольку уголь легко поставлять морем, этот рост затронул рынки по всему миру. Поэтому особенности китайского планирования могут напрямую отразится на Украине, которая именно сейчас наращивает импорт угля. Очевидно, уголь будет продолжать дорожать до тех пор, пока в Китае на самых верхах не пересмотрят политику планового сокращения добычи, избавив чиновников от необходимости рапортовать об успехах в борьбе за "озеленение" энергетики — с целью догнать и перегнать Запад.

Все вакансии в Украине ►
Copyright © ЦОИ «Энергобизнес», 1997-2017. Все права защищены
расширенный поиск
Close

← Выберите раздел издания

Искать варианты слов
 dt    dt