Угольная смарт-специализация

Циркулярная разумная специализация старопромышленных шахтерских регионов

Во всех странах, где уголь добывают шахтным, а не карьерным способом, обострилась проблема старопромышленных шахтерских регионов (СПШР). Энергоноситель, перестающий быть доминирующим, сильно теряет в цене. Эра угля закончилась в середине 50-х годов прошлого века, и только институциональные потрясения, вроде нефтяного эмбарго 1973 г. или китайского экономического прорыва в начале ХХI века, способны нарушить эту закономерность.

А.И. АМОША, академик НАН Украины, к.э.н. А.В. ЛЯХ, к.э.н. М.А. СОЛДАК, к.т.н. Д.Ю. ЧЕРЕВАТСКИЙ (Институт экономики промышленности НАН Украины)

"Капитал, как известно, боится отсутствия прибыли или слишком маленькой прибыли, как природа боится пустоты". Низкие цены на уголь при больших издержках его добычи приводят к краху предпринимательства в добывающей промышленности, а крах предпринимательства – к закрытию шахт, закрытие шахт – к деградации соответствующих территорий. И всё может обернуться достаточно неожиданно, как, например, в случае с шахтой "Белицкая", находящейся в Добропольском районе украинского Донбасса. Государственную шахту арендует компания "ДТЭК Энерго". Начиная с 2014 г. угледобыча не осуществляется из-за отсутствия на предприятии разведанных запасов, а у арендатора – средств на проведение разведки. Шахта работает как водокачка. Город Белицкое с населением, превышающим 10 тыс чел., оказался в кризисной экономической ситуации. Кстати, плотность населения в г. Белицкое составляет 4.95 тыс чел./км2, почти как в немецком Руре, который относят к образцам старопромышленных территориальных образований, хотя сам Добропольский район имеет плотность населения 17 чел./км2.

Депрессивные шахтерские регионы – это не только украинская особенность. Американская исследователь-антрополог Кэтлин Стюарт (Kathleen Stuart) более двадцати лет назад написала книгу "Пространство на обочине дороги. Культурная поэтика в "другой" Америке", в которой описала ситуацию в заброшенных шахтных поселках Западной Виргинии (Аппалачский каменноугольный бассейн в США). Оставленные дома, руины надшахтных зданий, шахтные воды, выступившие на поверхность, эманация метана, горящие отвалы, ржавые грузовики и старые холодильники посреди шахтного двора... Это не европейские территории, рекультивированные до состояния "от черного к зеленому", но сильно напоминающие украинские шахтные поселки стадии реструктуризации угольной промышленности.

В западной литературе по регионалистике хорошо представлены крупные старопромышленные агломерации, возникшие в границах каменноугольных бассейнов. Но старопромышленные шахтерские регионы – статья особенная.

Уголь только в Украине добывают 220 лет, а в Британии и того дольше – первая промышленная революция вызвала активное использование каменного угля. Поэтому развитие шахтерских регионов во всем мире шло по британскому сценарию: угледобывающая компания обустраивает все — от самой шахты до поселка при ней, который в Америке именуют Coal Camp: магазин, школа, церковь, театр. Донбасс не был исключением, если не считать закрытие церквей при советской власти и переименование театров в ДК – дворцы культуры. Прекращение деятельности компании - это фактический крах поселения. Готовые в поисках лучшего уехать – уезжают, оставшиеся деградируют, их удел – пауперизация и социальная маргинализация. Это типично для территорий, где город держится на монопроизводственных хозяйственных комплексах, если только шахты территориально не агрегированы с металлургическими заводами и не расположены в конгломерациях крупных городов, как в Рурском регионе, где сплошная череда угольно-металлургических производственных площадок и поселений слилась в единый Ruhr-Stadt ("город Рур").

Старопромышленные шахтерские регионы на деле представляют собой разбросанные по неплотно заселенной местности шахты и сформированные вокруг них поселения. Чем дальше шахтное поселение от центра агломерации и чем беднее район, тем меньше у него шансов на восстановление и развитие. Даже в богатой стране, пусть это и в Великобритании. Есть основания утверждать, что именно бывшие угледобывающие регионы задали тон голосованию по Brexit – выплеснули свое недовольство качеством жизни и ностальгию по старой индустриальной Британии.

Новые возможности для украинских шахтерских регионов сулит европейская концепция разумной специализации. Она разработана в 2008 г. группой академических экспертов "Знание для роста" (Knowledge for Growth) по заданию Европейской Комиссии (Директората по технологиям и инновациям). Вначале идея смарт-специализации регионов заключалась в том, чтобы регионы-лидеры специализировались на исследованиях, разработке и пионерном внедрении новых технологий общего назначения, а отстающие в инновационном развитии регионы силами местных фирм и стартапов продвигали их у себя. Но за период 2009-2011 гг. концепция разумной специализации претерпела существенные изменения. Ее идеолог Доминик Форей (Dominique Foray) и его последователи стали утверждать, что "разумную специализацию нельзя понимать, как простую стратегию отраслевой специализации определенного региона в туризме или рыболовстве (взяты для примера, как два явно низкотехнологических сектора. – Прим. авт.). Разумная специализация должна ассоциироваться с НИОКР и инновациями, связанными с секторами туризма и рыболовства. Разумная специализация – это процесс, нацеленный на установление недостающих или усиление слабых связей между НИОКР, инновационной деятельностью и ресурсами для этой деятельности, с одной стороны, и отраслевой структурой экономики – с другой".

Для региональных разумных трансформаций требуется единение всех местных заинтересованных сторон — органов регионального и местного самоуправления, бизнес-ассоциаций, университетов, профсоюзов и других неправительственных организаций. В общих чертах концепция разумной специализации — теперь ее полное название "Научно-исследовательские и инновационные стратегии для разумной специализации" (Research and Innovation Strategies for Smart Specialisation, RIS3) – это стратегический подход к выработке политики подъема инновационного потенциала региона, подход, не зависящий от степени экономического и технологического развития региона.

В 2011 г. Европейской Комиссией была развернута Платформа смарт-специализации (S3 Platform), призванная стать проводником в деле ознакомления представителей регионов и стран с концепцией разумной специализации, применения ее методологии в научно-исследовательских и инновационных стратегиях. Европейская Комиссия обусловила финансирование стратегий RIS3 из Структурных фондов и Фонда единения региональных программ и поддержки регионов.

К концу мая 2018 г. на S3 Platform зарегистрировано 18 стран-членов ЕС и 174 (из 276) региона формата NUTS2, принадлежащих странам-членам ЕС и странам-соседям, не входящим в ЕС. В числе таковых — Харьковская и Черкасская области Украины.

Украина как страна-сосед Европейского Союза в рамках соглашения об ассоциации может претендовать на финансовую поддержку, если будет обеспечено соответствие ее региональных стратегий приоритетам программы Горизонт-2020, и пользоваться услугами S3 Platform.

Циркулярная экономика, провозглашенная составной частью четвертой промышленной революции "Индустрия 4.0", а именно, утилизация накопленных десятилетиями, а то и столетиями, отходов добычи и обогащения угля, способна стать средством возрождения СПШР. "Угольный шлам – это не проблема, а сырьё". Девиз, провозглашенный в девяностых годах ХХ века немецкими угольщиками, мог бы стать девизом разумной специализации СПШР, будь то на Донбассе, во Львовско-Волынском каменноугольном бассейне или в шахтерских городках Западной Виргинии.

Складированные массы отходов прежней деятельности ухудшают состояние окружающей среды, но в ряде случаев допускают экономически выгодную утилизацию. Даже шахтная вода представляет собой мощный экономический ресурс, о чем было сказано на Международном конгрессе под красноречивым названием "Шахтная вода и Циркулярная экономика", 13-е заседание которого под эгидой Ассоциации шахтных вод состоялось в 2017 г. в Финляндии (13th International Mine Water Association Congress – “Mine Water & Circular Economy – A Green Congress”).

Brownfields – "коричневые поля" – объекты недвижимости и участки земли с ограничениями по использованию или развитию, бывшие ранее задействованными в производственной и прочей хозяйственной деятельности. Крупные украинские техногенные образования из отходов - это не те европейские браунфилды, которые легко могут быть преобразованы частными инвесторами, если местность коммерчески привлекательна, а тяжесть экологических загрязнений не столь существенна. Наши хранилища отходов обогащения занимают обширную территорию и опасны для окружающей среды. Их редевелопмент без серьезного вмешательства государства маловероятен, даже не столь по экологическим соображениям, сколько в силу неблагоприятной конъюнктуры: вялый рынок недвижимости в регионе, малая численность жителей и рабочей силы, неблагоприятная квалификационная и возрастная структура трудовых ресурсов, низкий уровень жизни населения.

Забалансовые шламы (флотоотходы), образующиеся в процессе мокрого обогащения углей, требуют, как правило, использования илонакопителей (хвостохранилищ). В Украине, по данным Института угольных энерготехнологий НАН Украины, в них находится более 190 млн т углесодержащих материалов.

Пример европейского отношения к экологии, специальная экономическая зона "Катовице", созданная вблизи польского города Сосновец в Силезии, не может служить образцом циркулярной экономики, поскольку при ее обустройстве не было целевой установки на полезную переработку каких-либо углеотходов и их возвращения в технологический цикл.

В отличие от польского подхода к оживлению постдобывающих территорий, проект, представленный на 2-м международном Форуме чистых технологий ECOSMART-2012, специализирован именно на утилизации отходов обогащения обогатительной фабрики Свято-Варваринская в пригороде Красноармейска (ныне г. Покровск). Ввод в эксплуатацию предприятия был запланирован на 2014 г., но по известной причине не состоялся, хотя проект не потерял своей актуальности.

Электростанция мощностью 45 МВт с топливом в виде флотационного кека, дающая 360 млн кВтч электроэнергии в год и 67 млн керамических строительных блоков массой 3 кг каждый – хорошая основа и для успешной микроэкономики, и для благополучия местных громад.

Из того же ряда - немецкий проект по превращению закрываемой в Рурском бассейне шахты "Проспер-Ханиель" (Prosper-Haniel) в гидроаккумулирующую электростанцию. Как отметила премьер-министр федеральной земли Северный Рейн-Вестфалия Ханнелоре Крафт (Hannelore Kraft): "Примеру "Проспер-Ханиель" могут последовать и другие шахты, ведь государство нуждается в большем количестве хранилищ энергии…". Хабы электроэнергии в старопромышленных регионах Украины и Польши могли бы стать значимыми для европейской энергетики в целом.

Наличие на территории СПШР отходов добычи и обогащения угля даёт основание рассматривать пребывающее в экономической депрессии шахтерское поселение как некий кибернетический "черный ящик", входными факторами которого являются доступные для утилизации промышленные отходы (высокозольный уголь, шахтные воды, низкопотенциальное тепло и пр.), права собственности на отходы, технологии их утилизации, инвестиционные ресурсы, нормативно-правовое обеспечение, доступные к мобилизации местные трудовые ресурсы, а выходом служит некая функция благосостояния. После прекращения в регионе интенсивной горнодобывающей деятельности заданные показатели функции благосостояния и должна обеспечить стратегия выживания громады, разработанная на основе политики диверсификации и на принципах циркулярной экономики.

И суть совсем не в переработке отходов, а в достижении и сохранении заданных показателей функции благосостояния громады на протяжении достаточно длительного периода времени. Масштабы переработки и запасы имеющихся в округе отходов производства должны быть достаточными для преодоления бедности и обеспечения устойчивого развития территории. В противном случае утилизация отходов превращается в тривиальный промысел, приносящий прибыль, но не решение проблемы старопромышленных шахтерских регионов.

Именно поэтому разработка стратегии циркулярной разумной специализации СПШР должна начинаться со взвешенной оценки возможностей и демонстрации выгод всех заинтересованных лиц – как из местного населения, так и из бизнес-среды.

Это не только налоговые поступления в местный бюджет от функционирования расположенных на территории частных предприятий. Целесообразно создавать социальные предприятия и/или энергетические кооперативы, как это ведется в странах-членах Европейского Союза. Кластеры социальных предприятий и энергетические кооперативы, занятые переработкой отходов, с соответствующей инфраструктурой, способны придать ускорение развитию указанной социальной инициативы в рамках стратегии разумной специализации СПШР.

При этом следует помнить о том, что процесс смарт-специализации СПШР подстерегают, по крайней мере, два осложнения. Первое – отходы в большинстве случаев имеют своего владельца: предприятие-владелец, исполнительные органы государственной власти могут запретить деятельность по их переработке.

Второе осложнение – необходимость привлечения значительных для громады СПШР средств в качестве инвестиций.

В любом случае, с платформой ЕС или без нее , нерешенность вопросов институционального толка превращает идею циркулярной смарт-специализации старопромышленных шахтерских регионов из перспективного проекта в пустое прожектерство.

Copyright © ЦОИ «Энергобизнес», 1997-2018. Все права защищены
расширенный поиск
Close

← Выберите раздел издания

Искать варианты слов
 dt    dt