Угольщики и энергетики

Рентабельность функционирования компаний в угольной отрасли и в секторе теплоэнергетики

В условиях образовавшегося в Украине дефицита угольного топлива отечественный рынок электроэнергии претерпел существенные изменения, в числе первых среди которых следует упомянуть попытку стимулирования импорта антрацитов из США и ЮАР.

Даниил ЧЕРЕВАТСКИЙ, Дмитрий ЧЕЙЛЯХ, Ирина КОЧЕШКОВА, Институт экономики промышленности НАН Украины

С целью стимулирования импорта антрацитов в марте 2016 г. Национальной комиссией госрегулирования в сферах энергетики и коммунальных услуг (НКРЭКУ) была принята методика определения оптовой цены на электроэнергию. Суть методики, получившей название "Роттердам+", есть приуроченность цены угля для ТЭС к стоимости угля в портах Нидерландов (индекс IP 2) плюс стоимость доставки в Украину, включая стоимость перевалки в портах. Прогнозная оптовая рыночная цена на электроэнергию (ОРЦ) по методике "Роттердам+" определяется, исходя из средней цены угля на европейском рынке за последние 12 месяцев.

Но сложилось так, что повышение тарифов на электроэнергию, подразумевающее повышение цен на угольное топливо, привело не столько к расширению импорта угольной продукции, сколько к изменению рентабельности функционирования участников украинского топливно-энергетического комплекса, хотя в 2017 г. Украина и увеличила импорт антрацита почти до 3.4 млн т, что в три раза превысило импорт 2016 г.

Чтобы проиллюстрировать действие механизма "Роттердам+", уместно воспользоваться опубликованным 28 декабря 2017 г. постановлением НКРЭКУ о повышении цен на электроэнергию по причине увеличения цены на уголь и стоимости фрахта. За период с декабря 2016 г. по ноябрь 2017 г. средняя цена на уголь составила $83.08 за т, что на 25.8%, или на $17.04 выше цены, заложенной в ОРЦ на 2017 г. Средняя ставка фрахта (цена транспортировки угля) из портов Нидерландов составила $12.21 за т, средняя ставка перевалки в украинских портах – $7.02 за т, что в целом на 24.1%, или на $2.37 выше, чем в 2017 г.

Речь, по прогнозу Минэнергоугля Украины, ведется о 4.2 млн т угля на нужды ТЭС и ТЭЦ, что составляет 15.6% всего потребления ресурса в 2018 г.

Итак, при двух сторонах энергетического производства — — формула "Роттердам+", объявленная средством стимулирования ввоза топлива на электростанции из дальнего зарубежья, должна была, по замыслу "ответственных лиц", сыграть на руку отечественным угольщикам в плане поправки финансового состояния шахт. Под "Роттердам+" Минэнергоугля Украины увеличило цены на местную угольную продукцию. Средняя цена 1 т товарной угольной продукции в апреле 2018 г. достигла 2056.39 грн, что на 607.92 грн больше, чем в соответствующем периоде 2017 г.

Однако имеет смысл непредвзято посмотреть на результаты, исследовав изменения рентабельности функционирования компаний в угольной отрасли и в секторе тепловой энергетики. Рис. 1 демонстрирует динамику изменений в энергетическом хозяйстве.

Рис. 1. Кумулятивные кривые рентабельности эксплуатирующих ТЭС энергогенерирующих компаний

Очевиден произошедший в течение 2016-2017 гг. подъем рентабельности отечественных тепловых энергогенерирующих компаний в целом, и не только по сравнению с весьма убыточным 2015 г., но и довоенным 2010 г. Кумулятивные кривые каждого последующего года располагаются выше по сравнению с графиком года предыдущего, причем существенно.

Если 2010 г. компания "Донбассэнерго" закончила с показателем "минус" 2.8%, а "Днепроэнерго" – "плюс" 6.0%, то в 2017 г. полюса рентабельности распределились следующим образом: компания "Западэнерго", давшая почти 47% общего выпуска, закончила год с показателем "минус" 4.4%, а "Донбассэнерго", доля которого в общем объеме выработки составила приблизительно 7%, – "плюс" 50.8%. Рентабельность "Днепроэнерго", выработавшей 29% суммарного по сегменту тепловой энергетики выпуска, составила 13%, "Центрэнерго" – 28%.

По экономическим показателям 2016 г. был прибыльным для всех эксплуатирующих ТЭС генерирующих компаний.

Приведенные данные позволяют судить о том, что введение формулы "Роттердам+" в отечественную практику оказалось выгодным для использующих угольное топливо энергогенерирующих компаний.

Угледобывающим же предприятиям государственного сектора Украины, как видно по диаграмме, приведенной на рис. 2, столь явного экономического улучшения введение формулы "Роттердам+" не принесло.

По одним и тем же государственным предприятиям в 2015 г. средняя цена угля составляла 991 грн/т, средняя себестоимость – 2171 грн/т; в 2016 г. показатели выросли до 1130 и 2533 грн/т, в 2017 г. – 1601 и 3110 грн/т, соответственно. То есть, последовательность ценового индекса с 2015 по 2017 гг. составила значения 1.00; 1.14; 1.42, а индекса себестоимости – 1.00; 1.17; 1.23.

Цена угля растет ежегодно, но и себестоимость получения угольной продукции увеличивается ежегодно, иногда, как в 2016 г., интенсивнее роста цен. И, хотя нельзя отрицать наличие положительного в целом экономического эффекта от внедрения упомянутой формулы ценообразования для шахт – каждая следующая годовая кумулятивная кривая в целом ложится выше предыдущей, имеющийся опыт подсказывает, что предприятия из основания технологической пирамиды войну цен, как правило, проигрывают из-за эффекта бумеранга: возросшие цены на уголь возвращаются на шахты увеличившимися затратами на электроэнергию, материалы и пр. Эксперименты с повышением цен на уголь в начале девяностых годов ХХ века начались с позитивных для отрасли перемен, а закончились ужесточением кризиса и галопирующей инфляцией в стране. Приведенные диаграммы свидетельствуют о принципиальных различиях в достижениях угольщиков и энергетиков.

Рис. 2. Кумулятивные кривые рентабельности государственных угледобывающих компаний

Самым убедительным является то, что на госпредприятиях, добывающих уголь энергетического назначения, происходит устойчивое сокращение производства. Если в 2015 г. ими было произведено 4.2 млн т готовой угольной продукции, то в 2016 г. – 3.8 млн т, а в 2017 г. – неполных 3 млн т. Поэтому полученные в 2017 г. дополнительные, в сопоставлении с предыдущим годом, 570.4 млн грн выручки не возымели ожидаемого эффекта, а посулы 4-кратного увеличения в 2018 г. капитальных вложений (порядка 1 млрд грн), сделанные под "Роттердам+", похоже, тоже окажутся пустыми. С одной стороны, Кабинет Министров Украины поддержал инициативу Минэнергоугля о предоставлении государственным шахтам государственной гарантии в части покрытия долговых обязательств по кредитам, привлекаемым для реализации шести инвестиционных проектов, направленных на модернизацию и техническое переоснащение производственного фонда. С другой стороны, в правительстве Украины нет 348 млн грн на выплату предусмотренных законом дотаций на покрытие убытков госпредприятий, о чем 21 сентября 2018 г. в Верховной Раде сообщил министр энергетики угольной промышленности Игорь Насалик.

Характерно, что в Украине на правительственном уровне муссируются планы превращения шахт государственного сектора в рентабельно функционирующие предприятия. Хотя с такими иллюзиями рассталось даже большинство крупных американских частных компаний, имеющих шахты с гораздо лучшими горно-геологическими условиями.

Если подходить объективно, то как бы нас ни убеждали в том, что формула "Роттердам+" не только сдерживает рост тарифов для населения и промышленности, но и сэкономила уже 40 млрд грн, о чем заявила 21 сентября 2018 г. председатель НКРЭКУ Оксана Кривенко, больше всего эта система ценообразования оказалась "на руку" энергогенерирующим компаниям, особенно вертикально интегрированным.

На новом украинском рынке электроэнергии, вступление которого в действие приурочено к 1 июля 2019 г., не будет места формулам типа "Роттердам+" – цена электроэнергии, отпускаемой ТЭС и другими производителями, а, значит, и поставляемого на станции угля, будет формироваться исходя из спроса и предложения.

Как это скажется на угольщиках и энергетиках… нам не дано предугадать.

Copyright © ЦОИ «Энергобизнес», 1997-2018. Все права защищены
расширенный поиск
Close

← Выберите раздел издания

Искать варианты слов
 dt    dt