Хаб для Восточной Европы

Перспективы создания газового хаба в Украине

"ЭнергоБизнес" уже писал о Четвертом украинском газовом форуме и прозвучавшей там концепции создания газового хаба, который объединил бы газотранспортные системы Украины, Польши, Словакии, Венгрии и Румынии. Один из организаторов форума и соавторов концепции газового хаба, генеральный директор ООО "Нефтегазстройинформатика" Леонид Униговский поделился своим видением восточноевропейского газового хаба.

Владимир МИХАЙЛОВ

— Леонид Михайлович, что может дать украинский газовый хаб Европе и Украине?

— Прежде всего, остановимся на роли западно-украинских ПХГ. Надо учитывать, что экспорт природного газа в Европейский Союз будет расти, что обусловлено падением добычи в ЕС. При этом общее потребление природного газа в целом в среднесрочном периоде не изменится. При этом в различных регионах ЕС потребление может меняться неравномерно. Это объясняется как погодными условиями, так и другими факторами (наличием других поставщиков, ремонтными, профилактическими работами и др.).

В то же время, все российские маршруты экспорта газа в ЕС, кроме украинских, не обладают большими мощностями по хранению газа. Никто не заменит наши хранилища в возможностях демпфирования, то есть сглаживания пиков потребления. Да, "Газпром" хочет добиться того, чтобы 5% газа хранилось в Европе в его хранилищах. Но, во-первых, пока это не сделано. Во-вторых, этого мало, и это хранение находится в определенных регионах. А мы из Ужгорода можем в течение суток-двух подать газ практически по любому европейскому направлению.

Это, по моему мнению, также обуславливает сохранение достаточных объемов транзита российского газа через Украину. Я считаю, что меньше, чем 40 млрд куб м через нашу систему не пойдет. По подсчетам некоторых европейских экспертов, минимальный объем транзита — 26 млрд куб м. Федеральный канцлер Германии Ангела Меркель озвучила цифру в 30 млрд куб м. Но по нашим расчетам, минимальная цифра — 40 млрд куб м.

— Что может включать в себя хаб, кроме хранилищ?

— Хаб — это единая торговая зона, в которой есть один или несколько распределенных пунктов по переходу прав собственности на газ. Хаб характеризуется наличием значительного количества входных маршрутов, развитой системой хранения, достаточной инфраструктурой. Это у нас есть. Если говорить о рыночной концентрации, то тут сложнее. В сегменте промышленности у нас достаточная конкуренция. При продаже газа населению — пока конкуренции нет. Но, я надеюсь, и тут будет позитивное движение.

Еще одно требование — наличие биржевых площадок. Сейчас неплохо развивается Украинская энергетическая биржа. На нашем форуме биржам была посвящена целая секция. На ней говорили об еще двух проектах. Один создает компания Baringa Partners вместе с ЕБРР, другой — немецкая школа регулирования под эгидой Еврокомиссии.

— Можно ли сказать, что если Украине удастся создать полноценную газовую биржу, то можно будет думать о создании газового хаба?

— Это одно из условий. Но главное — это политическая воля. Боюсь, у нынешнего правительства ее сейчас нет. Все подчинено одному — выборам.

— Как Вы представляете возможную реализацию проекта хаба? Понятно, что до выборов не сделают ничего, значит, в любом случае это начнется только после них?

— Со строительством "Северного потока-2" важнейшим газовым хабом Европы становится Германия. Если это произойдет, мы окажемся на периферии.

Поэтому нельзя терять время. Уже сейчас можно многое сделать. Уже сейчас можно и нужно договариваться с соседями. Каждая страна заботится о своих интересах. Хаб хочет сделать Польша. Есть такие мысли у Болгарии. Румыния вообще ничего не хочет, ей достаточно своих ресурсов. Венгрия когда-то предлагала нам делать совместный хаб в Ужгороде. Нам надо проявить инициативу.

Никто за нас этого не сделает. Думать, что это сделает "Нафтогаз", глупо. Это не в ее интересах. В ее интересах заработать деньги и сделать компанию прибыльной.

Если говорить о долгосрочной перспективе, то я ее вижу в целенаправленной работе. Вначале нужно создать дорожную карту, выяснить, что интересно нашим соседям, и согласовать позиции. Нужно создать свободную экономическую зону в Ужгороде со своим налогообложением, для чего нужно принять отдельный закон. В этой зоне нужно создать совместную компанию с равными правами всех стран-соседей. Допустим, пять стран создают эту торговую площадку, в этом случае у каждой должно быть по 20% акций. Кроме того, нужны также упрощенные таможенные правила для этой торговой зоны.

В общем, нужно искать то, что нас объединяет, а не разъединяет.

— Что надо сделать в первую очередь?

— Надо создать рабочую группу и собрать людей и компании, которые в этом заинтересованы. В такую рабочую группу могут войти представители нашей компании, консалтинг стран-соседей, представители компаний-операторов.

Должны быть представители польской Gas-System, двух венгерских операторов, плюс Eustream, плюс румынский оператор "Транспетрол" и украинский оператор ГТС. Предложить надо всем. Мы пытались это сделать перед форумом. К сожалению, откликнулись только поляки. Но я понимаю, почему. В неформальном общении два представителя компаний-операторов стран-соседей сказали мне: у вас несерьезное правительство, мы не знаем, чего ожидать, потому что вы говорите одно, а делаете другое, или вообще ничего не делаете.

— То есть пока вы только пытаетесь создать рабочую группу?

— Я могу только советовать. Я не правительство. И даже не член каких-то экспертных групп. Но у меня есть достаточно большой опыт таких проектов, и я вижу, куда можно двигаться. Да, есть союзники. Эту идею поддерживает и.о. председателя Комитета Верховной Рады Украины по вопросам топливно-энергетического комплекса, ядерной политики и ядерной безопасности Александр Домбровский. Он понимает эту ситуацию и у него, кстати, была статья в польской газете "Речь Посполита", где он тоже писал о хабе.

Мы не можем тратить время. После выборов? Весь 2019 г. уйдет на выборы. Что у нас останется? Надо, чтобы наш президент во всем этом запале борьбы за второй срок понял, что надо что-то делать для страны, на перспективу. Я понимаю, что это звучит патетически, но я так думаю.

— В Восточной Европе уже есть одна страна, которая хочет создать газовый хаб — Польша. Чем Украина лучше Польши?

— У нас есть хранилища, мощность которых несравнима с польскими. В Польше — примерно 3 млрд куб м газа, в Украине — только на западной границе 25 млрд куб м. У нас значительно больше рынок, больший объем потребления — 32 млрд куб м. Кто еще из наших соседей имеет такой рынок? Польша, дай Бог, скоро, года через три, выйдет на 20 млрд куб м. Кроме того, у нас развитая инфраструктура, есть интерконнекторы со всеми соседними странами.

— Сейчас мы приблизительно представляем себе, чего хочет Польша — создать свой собственный хаб и продавать соседям норвежский и, частично, американский газ. Понятно, что поляки будут, прежде всего, стремиться в рамках вашего проекта реализовать свой собственный.

— И ради Бога. Они в рамках этого проекта получат свои 20%. Ведь не предполагается, что продаваться будет только украинский газ. Суммарная выгода будет выше, во-первых, за счет того, что цены на большом рынке будут ниже, объем продаж — больше, а также за счет уменьшения транзакционных издержек (которые останутся только на внешних границах, но не между странами-участницами). Плюс еще ресурс Украины — ведь мы добываем 20 млрд куб м газа в год. Ни одна из этих стран не добывает столько. А если бы правительство имело политическую волю и смогло принять решительные меры, в том числе и на региональном уровне, то мы уже вышли бы на 25-27 млрд куб м в год. И при таких объемах газ мы уже сможем экспортировать.

—То, о чем вы говорите, – сложная задача.

— Конечно. Но это стало бы решающим в достижении энергетической безопасности стран региона.

Copyright © ЦОИ «Энергобизнес», 1997-2018. Все права защищены
расширенный поиск
Close

← Выберите раздел издания

Искать варианты слов
 dt    dt