Нефтяной коридор

Мировой рынок нефти в первом полугодии 2019 г.

На фоне 2018 г., с его подъемом цен на нефть до более $80 за бар и последующим обвалом, первое полугодие 2019 г. выглядело на мировом рынке нефти на редкость ровным и стабильным. За полгода цены на сорт "брент" практически не выходили за пределы интервала между $60 и $75 за бар. Однако эта стабильность обусловлена тем, что рынок в последние месяцы находится под влиянием ряда факторов противоположной направленности. Пока что они уравновешивают друг друга.

Виктор ТАРНАВСКИЙ

Чаши весов

Мировому рынку нефти нужна сбалансированность. Опустятся цены слишком низко — возникнут проблемы у нефтедобывающих стран, в число которых в последние годы вошли и США. Нефтегазовая отрасль — пожалуй, наиболее здоровый и быстро растущий сектор в современной американской экономике. И спад в нем совершенно не отвечает интересам властей страны, тем более, что США уже вступают в период президентской кампании перед выборами 2020 г.

Подорожает нефть — ничуть не лучше. Темпы роста в западных странах и так снизились, а высокие затраты на нефть и продукты ее переработки могут стать для их экономики дополнительной гирей. К тому же, увеличение экспортных доходов некоторых нефтедобывающих стран совершенно не входит в планы все той же американской администрации, чьи действия в последнее время стали одним из важнейших ценообразующих факторов на мировом рынке.

Поэтому нефтяные котировки в первом полугодии текущего года совершали свои колебания в относительно узком интервале. Им, можно сказать, не давали ни пробить установленный для них "потолок", ни опуститься ниже определенного предела. На биржах поддерживалось относительное равновесие, а главную роль в этом играли не столько рыночные силы, сколько информационные аспекты, умелая подача той или иной информации с нужным знаком.

Основные процессы, воздействующие на рынок "снизу"исверху", достаточно очевидны. Так, повышению цен на нефть способствуют, главным образом, различные меры, направленные на ограничение объемов ее предложения.

Прежде всего, это американские санкции, направленные против Ирана и Венесуэлы. В начале мая США отменили "разрешения", которые предоставили в прошлом году восьми странам, импортировавшим иранскую нефть, и пригрозили суровыми санкциями за новые закупки. Судя по всему, эти меры оказались достаточно действенными. В начале июля западные источники, в частности, Reuters и Platts, оценивали иранский экспорт всего в 300-500 тыс бар в сутки, тогда как в апреле 2018 г., на пике, он достигал 2.5 млн бар. Очевидно, на самом деле дела обстоят не так плохо, и иранцам удается отправлять свою нефть за рубеж в обход санкций, однако объем добычи в стране за последний год даже по статистике ОПЕК сократился на 1.2-1.4 млн бар в сутки.

Санкции, объявленные американцами и зависимыми от них странами, экономическая блокада, а также диверсии на объектах энергетической инфраструктуры, нанесли серьезный ущерб и венесуэльской нефтедобывающей отрасли. По данным ОПЕК, с января по июнь 2019 г. добыча в стране сократилась более чем на 400 тыс бар в сутки. И это тоже серьезный минус для мирового рынка, особенно, учитывая, что поставки из Венесуэлы представлены востребованной у переработчиков "тяжелой" нефтью.

Достаточно серьезными причинами для повышения цен на нефть могли бы также стать обострение конфликта в Ливии весной этого года и направленные против Ирана провокации в июне, однако серьезных скачков не произошло ни в том ни в другом случае. Всякий раз находились не менее веские причины для уменьшения стоимости нефти.

В первую очередь, это, безусловно, сужение глобального спроса на этот ресурс вследствие ухудшения обстановки в мировой экономике. В конце прошлого года рост потребления нефти в 2019 г. оценивался экспертами в 1.7-1.8 млн бар в сутки. Впоследствии этот показатель неоднократно пересматривался в сторону уменьшения. Так, например, Energy Information Administration (EIA), подразделение Министерства энергетики США, в своем июльском отчете оценивает рост в текущем году всего в 1.1 млн бар, до 101.0 млн бар в сутки. Аналогичные или чуть больше показатели приводили в июне ОПЕК и Международное энергетическое агентство (IEA), а американский инвестиционный банк Goldman Sachs вообще сократил свой прогноз роста до 0.8 млн бар.

Во многом, замедление темпов глобального роста началось в западных странах. Накачка финансовой системы дешевыми деньгами после кризиса 2008-2009 гг. ничем не помогла реальному сектору. Платежеспособный спрос со стороны населения и государств в последние годы сужается, во многих странах обостряется проблема роста задолженности. Уже во второй половине 2018 г. началась рецессия в странах Евросоюза, больше всего затронувшая промышленность европейского флагмана Германии. Во II кв. 2019 г. ряд макроэкономических показателей в США (грузоперевозки, заказы на промышленную продукцию, отраслевые индексы PMI) опустились до многолетних минимумов. По всему миру наблюдается падение спроса на автомобили. Некоторые уважаемые эксперты пророчат на 2020-2022 гг. начало нового глобального кризиса.

К этому добавилась и периодически вспыхивающая торговая война между США и Китаем. В последние месяцы у нее были периоды обострения, когда американский президент Дональд Трамп объявлял о введении новых пошлин на китайские товары и разворачивал кампанию против китайского высокотехнологического лидера Huawei, и периоды "разрядки", когда он шел на попятную. При этом каждое усиление противостояния, широко освещаемое мировыми СМИ, вызывало снижение нефтяных котировок. Действительно, открытый конфликт может нанести существенный ущерб экономикам обеих стран, а значит, приведет к дальнейшему сужению спроса на нефть.

Наконец, стоимость нефти постоянно толкали вниз американские нефтедобывающие компании, продолжавшие наращивать обороты. В апреле, по данным EIA, в стране ежедневно добывалось, в среднем, 12.16 млн бар, а менее точные оперативные отчеты с того же апреля выпускались с цифрами порядка 12.2-12.4 млн бар в сутки. Так или иначе, апрельское производство превысило уровень аналогичного периода 2018 г. на 16% или 1.69 млн бар в сутки, т. е. в большей степени, чем рост глобального потребления в целом. Вследствие этого экспортерам нефти — участникам соглашения ОПЕК+ приходится уменьшать свой выпуск, чтобы сбалансировать рынок и удержать его от падения.

Хранители равновесия

Вот с такими итогами и пришел мировой рынок нефти к началу второго полугодия 2019 г. Цены на нем по-прежнему удерживаются в рамках коридора и, пожалуй, имеют все возможности, чтобы оставаться в нем достаточно долго.

Прежде всего, предсказуемую политику проводят страны ОПЕК и другие экспортеры, продлившие соглашение об ограничении объемов производства до конца марта 2020 г. По предварительным данным Platts и Reuters, июньский спад в Иране был компенсирован расширением добычи в Саудовской Аравии, которая, впрочем, осталась в рамках выделенной для нее квоты. С этой стороны, очевидно, не следует опасаться ни избыточного объема предложения нефти, ни искусственного дефицита.

Все худшее, что могло случиться с Ираном и Венесуэлой, пожалуй, уже случилось. Следующий уровень — это уже прямая военная агрессия, но на это нынешние американские власти, скорее всего, не решатся. Вряд ли тому же Ирану удастся существенно восстановить свой экспорт нефти, пытаясь подтолкнуть к заключению новых сделок в обход санкций европейские страны, но и более серьезные потери уже маловероятны.

Обстановка в США выглядит менее однозначной. IEA, некоторые другие организации, например, норвежская Rystad Energy, прогнозируют дальнейший стремительный рост американской нефтедобычи. По этим прогнозам, к 2025 г. добыча нефти и газового конденсата в США превысит 15 млн бар в сутки. Крупнейшее сланцевое месторождение Permian продолжает наращивать обороты, а ввод в строй трех новых нефтепроводов в ближайшие несколько месяцев должен убрать имеющиеся логистические ограничения. Уже сейчас США экспортируют, в среднем, более 3 млн бар нефти в сутки, войдя по этому показателю в первую пятерку в мире. А после того как нефтедобывающие регионы будут соединены с побережьем Мексиканского залива новыми магистральными линиями, внешние поставки могут достигнуть 5 млн бар в сутки, а по некоторым прогнозам — и 10 млн бар в сутки!

В то же время, EIA признает, что темпы роста несколько снижаются. Агентство предполагает, что в 2019 г. средний объем производства составит 12.36 млн бар в сутки, по сравнению с 10,.96 млн в 2018 г. и 9.35 млн в 2017 г., а в 2020 г. прибавка составит только 0.9 млн бар, т. е. до 13.26 млн бар в сутки. Это объясняется, в частности, тем, что в последние месяцы приток средств в сланцевую нефтедобычу сокращается. Из-за высоких затрат на бурение скважин, которые на сланцах очень быстро истощаются, на проведение гидроразрывов пластов, на транспорт, оборудование, материалы большинство компаний, работающих на этих месторождениях, тратят больше денег, чем получают дохода. Причем это соотношение не меняется при любых колебаниях нефтяных котировок. Да и акционеры нефтяных компаний требуют от их правлений выплаты дивидендов, а не новых расходов.

Однако любые процессы в экономике происходят достаточно медленно. И если мировая нефтедобывающая отрасль не столкнется в обозримом будущем с новыми серьезными политическими рисками, объем предложения можно удерживать на устойчивом уровне. Роль "демпфера" при этом возьмут на себя участники соглашения ОПЕК+, которые, очевидно, могут варьировать свои производственные показатели в достаточно широких пределах. По крайней мере, в конце прошлого и первой половине текущего года такую высокую вариативность продемонстрировала Саудовская Аравия.

Таким образом, основные риски во второй половине 2019 г., по-видимому, будут связаны не с предложением, а со спросом. Спад в мировой экономике пока продолжается. В качестве мер противодействия предлагаются стандартные приемы. Так, Европейский центральный банк этой осенью собирается возобновить скупку ценных бумаг у региональных финансовых учреждений, снова накачивая банковский сектор ликвидностью. А в США президент Дональд Трамп требует понижения процентной ставки от Федеральной резервной системы. Другой вопрос — насколько действенными будут эти меры. Пока что, главным образом, происходит надувание очередных пузырей на биржах, тогда как для реальных потребителей нефти и нефтепродуктов мало что меняется.

Снижение темпов роста наблюдается и в Китае. Правительство страны прилагает значительные усилия для стимулирования экономики, чтобы компенсировать уменьшение доходов от экспорта внутренним потреблением. Однако основным инструментом этой политики является запуск крупных инфраструктурных проектов с миллиардными инвестициями. В то же время, на национальном авторынке уже целый год происходит падение. По данным Национальной комиссии по развитию и реформам (NDRC), за 5 мес. 2019 г. объем потребления нефтепродуктов в стране превысил показатель аналогичного периода годичной давности только на 2.2%. Правда, Китай продолжает наращивать импорт нефти, но его расширение в немалой степени происходит за счет ввода в строй новых НПЗ и увеличения внешних поставок их готовой продукции.

Сложная обстановка в мировой экономике, скорее всего, и станет в обозримом будущем основным препятствием для повышения цен на нефть. С другой стороны, ОПЕК и союзные ей экспортеры постараются не допустить новых обвалов. По этой причине многие эксперты считают, что рынок вошел в длительный период относительной стабильности. По крайней мере, прогнозы EIA и ряда других организаций исходят из того, что средний уровень стоимости "брента" во второй половине 2019 г. и в 2020 г. так и остается в пределах $60-70 за бар. И чтобы вывести рынок из этого коридора, понадобятся весьма существенные изменения не только в мировой экономике, но и в мировой политике.

Copyright © ЦОИ «Энергобизнес», 1997-2019. Все права защищены
расширенный поиск
Close

← Выберите раздел издания

Искать варианты слов
 dt    dt