Запасливые китайцы

В 2020 г. Китай накопил порядка 400 млн бар нефти. Как это повлияет на рынок, не знает никто

В прошлом году рынок нефти столкнулся с проблемой, периодически возникающей в связи с колебаниями цен и балансом спроса и потребления, проблемой т.н. "потерянных баррелей". То изменение запасов, которое можно было рассчитать исходя из общемирового баланса спроса и предложения, не соответствовало данным о запасах коммерческих и государственных структур.

Владимир МИХАЙЛОВ

Оксфордский институт энергетических исследований посвятил этой проблеме отчет The COVID-19 Shock and the Curious Case of Missing Barrels, опубликованный в декабре 2020 г. На основании данных МЭА об общемировых запасах нефти исследователи отмечали, что в течение первых трех кварталов 2020 г. профицит нефти составил в среднем около 4.4 млн бар в сутки, а в первой половине 2020 г. он достиг рекордного уровня в 7.6 млн бар в сутки, что было вызвано кризисом из-за срыва сделки ОПЕК + в марте 2020 г. Это привело к росту запасов на 1 390 млн бар в I полугодии 2020 г., после чего в III кв. 2020 г. запасы снизились на 194.2 млн бар.

По данным МЭА, из общего объема запасов в первой половине года запасы ОЭСР составили 344.3 млн бар (25% от общего прироста запасов), объем нефти в плавучих хранилищах и танкерах в пути составил 105.3 млн бар (8% от общего прироста). Оставшиеся 940.4 млн бар, на которые пришлось 68% суммарного увеличения профицита, не были учтены.

В отчете отмечено, что объем недостающих баррелей в I полугодии 2020 г. "является самым большим когда-либо зафиксированным с 1990 г. разрывом между наблюдаемыми и предполагаемыми запасами, он в три раза больше, чем в предыдущих исторических спадах, таких как в I полугодии 1998 г. и во II полугодии 2018 г., и почти в 10 раз больше, чем дисбаланс во II полугодии 2008 г. в результате мирового финансового кризиса". (Рис. 1).

Рис. 1. Общемировой баланс спроса и предложения нефти

ИСТОЧНИК

Отчет The COVID-19 Shock and the Curious Case of Missing Barrels.

Причин возникновения явления "потерянных баррелей" может быть несколько. Наиболее очевидная — недооценка спроса и переоценка предложения в моделях рынка. При этом "потерянные баррели" носят виртуальный характер. В прошлом году это в какой-то мере имело место, поскольку кризис из-за пандемии коронавируса был настолько серьезным, что это привело к разрыву некоторых ключевых взаимосвязей (например, между экономическим ростом и спросом на нефть), и модели пришлось менять, чтобы учесть серьезность шока (например, включив в них показатели жесткости карантинных ограничений в разных странах).

Еще одна причина — недостаточные охват и качество данных о запасах. Это оказывает все большее влияние по мере роста доли стран, не входящих в ОЭСР, в суммарном росте потребления. Очевидно, что в прошлом году особенно большое влияние оказывал Китай, роль которого на рынке нефти сейчас огромна. Китай забирал излишки нефти со всего мира, заполняя свои хранилища относительно дешевой нефтью.

Используя данные аналитической компании Kpler, авторы отчета попытались определить, куда "подевались" неучтенные 940.4 млн бар из баланса МЭА. Из этого объема на плавучие хранилища пришлось еще 250.4 млн бар. На запасы во всех странах (входящих и не входящих в ОЭСР, за исключением Китая) — еще 85.2 млн бар, о которых не сообщалось МЭА. Таким образом, остается еще 597.8 млн "потерянных" бар или 64% от их общего количества в I полугодии 2020 г. (Рис. 2).

Рис. 2. "Потерянные баррели" в 2020 г.

В III кв. 2020 г. ситуация была еще хуже. МЭА говорит о дефиците в 194.2 млн бар, из которых 171.3 млн бар учтены, а 22.9 млн бар — нет. Однако данные Kpler показывают, что использование плавучих хранилищ было гораздо более значительным, "что означает одну из трех возможностей (или их комбинацию): фактический дефицит (превышение спроса над предложением) был намного большим, чем считает МЭА (примерно на 150 млн бар), или произошел значительный рост запасов в странах, не входящих в ОЭСР, или предполагаемый профицит рынка в I полугодии 2020 г. был переоценен и перенесен. Значительное увеличение неучтенных запасов во II кв. 2020 г., за которым последовало сокращение в III кв. 2020 г., свидетельствует о том, что запасы хранились и перемещались в места, где в настоящее время их невозможно отследить", — отмечено в отчете.

Роль Китая

"Потерянные баррели" уже давно вносят искажения в статистику Китая, как и других стран, но в прошлом году эти искажения были особенно велики. Чистый импорт сырой нефти с начала года по октябрь 2020 г. составил в среднем 11.09 млн бар в сутки, что более чем на 1 млн бар в сутки превышает уровень 2019 г. При этом импорт продолжил расти теми же темпами, что и в 2019 г.

"Это поразительно с учетом того, что экономическая активность была значительно слабее, и в первые десять месяцев 2020 г. средний объем добычи составил 13.3 млн бар в сутки. Он увеличился на 0.47 млн бар в сутки, что впечатляет, но все же это ниже, чем рост на 0.82 млн бар в сутки по сравнению с тем же периодом прошлого года", — отмечено в отчете.

Таким образом, эти данные свидетельствуют о том, что Китай покупает избыточные объемы нефти, чтобы заполнить свои хранилища. Вопрос — сколько было куплено в прошлом году и, соответственно, сколько вернется на рынок в будущем. В ответ на этот риторический вопрос авторы отчета отмечают, что оценка количества нефти, отправленной на хранение, относится к сфере как науки, так и искусства, поскольку официальные данные об этом ограничены.

Если попытаться оценить предполагаемое накопление запасов и вычесть нефть, используемую для нефтепереработки, из суммы внутреннего производства и чистого импорта, то получается, что в период с начала года по октябрь Китай отправлял в хранилища в среднем 1.6 млн бар в сутки. Суммарно это дает огромный объем — 488 млн бар нефти. Может ли Китай хранить такие дополнительные объемы?

По оценкам Оксфордского института энергетических исследований, на конец 2019 г. мощности хранилищ Китая составляли около 1100 млн бар сырой нефти, что намного больше, чем стратегические нефтяные резервы США и объем крупнейшего в США нефтехранилища в городе Кушинг. Если предположить, что коэффициент использования хранилищ в Китае составляет примерно 60%, то на конец 2019 г. запасы сырой нефти могли составить 650-680 млн бар. Если к этому добавить 488 млн бар, запасенных за первые 10 мес. 2020 г., то это привело бы к заполнению хранилищ и существенно уменьшило импорт в 2020 г. Импорт в Китай действительно несколько замедлился, но есть признаки его восстановления в начале 2021 г. Поэтому авторы отчета считают необходимым более внимательно изучить предполагаемые запасы нефти.

Во-первых, многие балансы нефти в Китае не учитывают потери сырой нефти в процессе переработки или сжигания при добыче, которые в период с 2000 по 2017 гг., по данным Национального бюро статистики, составляли в среднем 0.30 млн бар в сутки. За пять лет до 2017 г. потери при переработке увеличились в среднем до 0.35 млн бар в сутки, поэтому, если вычесть эти потери, предполагаемое накопление запасов за год до текущей даты будет меньше и составит в среднем до 1.3 млн бар в сутки, или чуть более 375 млн бар.

Но и спрос в Китае также может быть недооценен. Китайские нефтеперерабатывающие заводы с целью уклонения от уплаты налогов занижают объемы переработки. Так, по разным оценкам, в период с 2016 по 2018 гг., они занижали объем переработки на 0.3-0.8 млн бар в сутки. Таким образом, спрос на нефть в Китае занижается. В начале 2018 г. был введен новый порядок налоговой отчетности, что ограничило возможности независимых компаний давать отчетность в неполном виде, хотя впоследствии некоторые из них продолжали искажать информацию о переработке.

"Таким образом, заниженный спрос в совокупности с (созданными) запасами нефти предполагает, что Китай вполне может быть ответственен за половину недостающих баррелей, и что они действительно "настоящие". Тогда возникает следующий вопрос: насколько вероятно, что эти баррели будут опущены, и повлияют ли они на импорт из Китая? " — пишут авторы отчета.

По их мнению, примерно треть этих объемов может находиться в резервуарах таможенных складов. Наблюдается несоответствие между объемами импорта сырой нефти в Китай по оценке компании Kpler, и полученными объемами по таможенными данным, при этом поступления по данным Kpler превышают таможенные данные на 0.47 млн бар в сутки за период с начала года по октябрь. Это больше, чем в предыдущие годы и это указывает на то, что в резервуары таможенных складов поступали большие объемы нефти, которые не всегда учитываются как импорт.

По оценкам автором отчета, с начала года до конца октября Китай мог накопить до 85 млн бар иранской и венесуэльской нефти в резервуарах таможенных складов, хотя какая-то часть этого уже переработана или будет переработана НПЗ.

Но при этом все равно остается более 200 млн бар нефти в хранилищах, из которых лишь небольшая часть может вернуться на рынок. Это связано с тем, что эти объемы ушли как в резервуары коммерческих компаний, так и в стратегический запас нефти, который используется в качестве буфера как для форвардного покрытия нефтепереработчиков, так и для стратегических резервов.

В Китае порядка 400 млн бар стратегических резервов, которые, вероятно, заполнены на 300 млн бар. При этом, по оценкам агентства Argus, только в этом году запасы в них были увеличены на 32 млн бар.

В общем, если принять во внимание потребность в сырой нефти для заполнения резервуаров таможенных складов в различных портах и других коммерческих объектах, а также для заполнения трубопроводов, потребность в сырой нефти для нефтяной системы Китая огромна. В результате большая часть нефти, поступившей в Китай в этом году, помогла удовлетворить эти потребности.

В целом, по оценкам авторов обзора, в настоящее время Китай хранит около 1 000 млн бар, что составляет примерно 90 дней его потребностей в импорте, а емкость его хранилищ к концу 2020 г. должна была достичь 1300–1400 млн бар. Хорошая новость для рынков заключается в том, что будет использована лишь небольшая часть этих запасов, плохая — в том, что сейчас сокращаются потребности Китая в накоплении запасов, которые могут быть реализованы в будущем.

Это не означает, что импорт сырой нефти в Китай упадет: при вводе более 1 млн бар в сутки новых перерабатывающих мощностей в течение следующих двух лет, НПЗ Китая будут продолжать закупать сырую нефть, поскольку объемы переработки продолжают расти, а новые заводы требуют производственных запасов. Кроме того, потребуется заполнение дополнительной инфраструктуры, включая резервуары и трубопроводы. Но в следующие два года прирост потребления для создания стратегических запасов замедлится, и импорт сырой нефти все в большей степени будет соответствовать потребностям нефтепереработчиков.

Вывод

Даже несмотря на то, что часть "потерянных баррелей" может объясняться искажением данных, ясно, что Китай в 2020 г. накопил огромный запас нефти — порядка 400 млн бар. Как заключают исследователи из Оксфорда, "сложности с оценкой мировых балансов нефти… еще более усугубляют нынешние проблемы, с которыми сталкивается ОПЕК+ при оценке того, сколько времени потребуется для восстановления баланса на рынке. Оценка размера и характера буферов в системе стала более сложной, вдобавок к неопределенности, связанной с перспективами спроса в эти беспрецедентные времена". Вопрос в том, сможет ли в будущем ОПЕК+, как и раньше, не учитывать запасы стран, не входящих в ОЭСР? И если эти запасы хранятся для стратегических целей, и большая часть их не будет возвращена на рынок, действительно ли имеет место их учет в выработке политик? Как учитывать эти запасы, стали ли они важным фактором в циклах мирового рынка нефти и процессе корректировки рынка? "По мере того, как мы вступаем в 2021 г. в условиях крайне низкого спроса на нефть, эти вопросы станут более актуальными", — заключают авторы отчета.

Copyright © ЦОИ «Энергобизнес», 1997-2021. Все права защищены
расширенный поиск
Close

← Выберите раздел издания

Искать варианты слов
 dt    dt