Развитие мировой экономики, в частности колоссальный спрос на использование полупроводников, создает значительную потребность в переработке и продаже редких и технических газов, — уверен директор по продажам и развитию бизнеса компании Arnox Юрий ХИДОЯТОВ.
— Компания Arnox (бывшее название — UMG RT Gas) — комплексный оператор по переработке и продаже редких и технических газов. Компания на рынке более 5 лет, и вот недавно вы сменили название, почему? Это такой маркетинговый ход?
— Я бы сказал, что это естественный шаг. Наш базовый бизнес мы начинали как одно из направлений в нашем инвестиционном портфеле. Были разные направления, связанные с утилизацией побочных продуктов от производства на заводах, электростанциях, металлургических предприятиях. Газы были одним из направлений. Сейчас пришло время быть газовой компанией со своим собственным брендом.
— А какая у вас линейка продуктов?
— Начинали мы с базовой линейки продуктов, которые производятся на металлургических комбинатах, в частности, технических газов и некоторых редких газов: азот, аргон, кислород, неон, криптон, ксенон. В соответствии с тем, как мы развивали новые рынки, мы понимали и потребности клиентов, там, где мы видели возможность что-то добавить для потребностей наших клиентов, там мы и старались расширять линейку продуктов. Так появились некоторые смеси, специализированные продукты для медицины, в области полупроводников, для производства микрочипов. Мы добавляем все новые элементы в нашу линейку продуктов.
— Вы упомянули о меткомбинатах. Что является вашей ресурсной базой?
— Ресурсной базой выступают несколько металлургических комбинатов в Украине. Но для получения конечного продукта, который мы продаем, все сырье необходимо переработать сложным технологическим, криогенным путем (криогенная технология — разделение воздуха с помощью криогенных температур на основные газовые компоненты. — Ред.). Поэтому у нас есть перерабатывающая фабрика, которая и производит конечный продукт — это сверхчистые редкие газы, то есть вся наша ресурсная база в Украине.
— Какие вы используете способы транспортировки?
— Мы используем почти все способы транспортировки газов: авто, морские поставки, контейнерную и авиадоставку. Если говорить про Азию и Северную Америку — это преимущественно морские доставки, но для морских поставок сейчас не лучшие времена. Логистическая составляющая, стоимость перевозок выросла в цене в несколько раз, а это очень важно для поставок в Азию, где находится один из наших ключевых рынков. Поставки сейчас являются очень важным конкурентным фактором. Время доставки возросло, так как некоторые ограничения внесла пандемия и тенденция последних двух-трех лет. Не всегда можно использовать Босфор, иногда — порты Риги и Гамбурга. Это усложняет процесс, соответственно увеличивает время. Поэтому мы ряд наших продаж перевели на авиадоставку. Вопрос транспортировки товара сегодня очень актуален. Но сейчас время вызовов не только для нас, но и для наших конкурентов, партнеров во всем мире.
— А Босфор? В чем там проблема? Безопасность?
— Это локальные решения по многим грузам и другим видам продукции. Мы надеемся, что эта проблема разрешится в ближайший год или два.
— Рынок газа сейчас на ценовых исторических максимумах, как это влияет на редкие газы?
— Безусловно, есть корреляция с другими рынками. Например, рынок стали. Если взять Китай, то он влиятельный игрок на рынке стали. А производство стали связано с производством редких газов и их объемами. Эти рынки коррелируются, серьезные колебания в одном рынке влияют на другой.
С другой стороны, увеличение количества потребления, в частности, автомобилей, телефонов и компьютеров, требует увеличения микрочипов, а это использование технологии полупроводников. Неотъемлемой частью производства полупроводников является использование газов либо смеси газов (газы используются, среди прочего, для химической очистки полупроводниковых пластин, чаще всего кремниевых, без чего невозможны дальнейшие процессы создания микрочипов. — Ред.).
А общая тенденция использования полупроводников, микрочипов влияет на некоторые наши рынки, делает наш продукт дефицитным. С одной стороны, это позитивный фактор, но, с другой стороны, вызовы свои это тоже создает. А мы берем на себя долгосрочные обязательства, которые не имеем права нарушать, так как репутация стоит дороже.
— А конкуренция растет?
— Конкуренция растет, но есть не так уж много компаний, имеющих безукоризненную репутацию, предоставляющих конкурентоспособный продукт. Когда делаешь первые шаги — это всегда сложно. Когда мы начинали, было сложно. Сейчас уже легче, так как есть своя история, репутация.
— Основной потребитель у вас в Азии, в частности Китай?
— Китай, Корея, Тайвань и Япония — мировые производители индустрии полупроводников, микрочипов.
— А в вашем процессе производства редких газов, какой процесс наиболее затратный?
— Первое: наиболее ценным — и в то же время дорогим — является экспертиза. Она играет ключевую роль на рынке. Кто на сложных рынках с криогенными продуктами, газами высокой чистоты достигает успеха? При неограниченном бюджете средств главным ограничивающим фактором будет экспертиза. Это я бы назвал и самым дорогим, и самым ценным ресурсом.
Второе: разделение. Это непосредственно процесс создания продукта, который будет отвечать всем требованиям. Но имея хороших специалистов в команде и современное оборудование — это решаемая задача.
— Экспертизу в Украине делают или это импорт услуг?
— У нас многие специалисты — выходцы из наших институтов, академий. Это люди, которые учились здесь, при этом получили очень высокую квалификацию, очень способные инженеры, технологи, криогенщики. Я могу с уверенностью сказать, что тут наша школа не уступает мировому уровню.
— У вашей компании есть какие-то проблемы нормативного характера, которые можно решить только на государственном уровне?
— Мы видим потенциал для развития нормативной базы, связанный с безопасностью хранения и транспортировки газов. Здесь нет верхнего предела — безопасность должна быть высшим приоритетом. Украине в этом плане нужно многое сделать: где-то ужесточать некоторые стандарты, другие улучшить, довести их до мирового и общепринятого формата. Потенциал для нормативного развития есть огромный.
— Почему в Украине возможно производство редких газов? Какие у нас выгодные особенности, возможно, география, доступы к морским портам?
— Фундамент для этого был заложен два-три десятилетия назад. У ученых была вера в то, что редкие газы будут востребованы. В связи с этим, например, на площадках меткомбинатов на постсоветском пространстве было на перспективу произведено и установлено определенное оборудование, которое позволяет собирать редкие газы и как-то их консолидировать, получать для дальнейшей переработки. Один из факторов — наша техническая база.
Второй фактор — эксперты. У нас они есть.
И дальше то, что вы сказали — логистика: доступ к морским портам, география. Но это уже факторы второго уровня, первичным является имеющаяся база для получения этих газов.
— Как ведется подсчет редких газов?
— Это сложно. В мире газов используется множество стандартов, метрик. Для различных регионов они могут отличаться. Это могут быть литры, метры кубические, тонны. Газ может быть в газообразном состоянии или в жидком. Сейчас Украина — полноправный игрок на мировом рынке редких газов: доля нашей страны есть в каждом сегменте, мы и производим, и продаем.
— Как учат нас эксперты природного газа: считайте не газ, а деньги. Как сейчас движутся цены на рынке редких газов?
— Главное на этом рынке, что он цикличен и волатильность на нем сумасшедшая: колебания цен происходят в разы, десятки и сотни раз. Поэтому это не рынок для быстрого зарабатывания денег. Да, такая возможность тоже бывает: оказавшись раз в несколько лет в правильном месте, можно точечно добиться краткосрочного успеха. Но если говорить про длительную работу, то важно быть с клиентами "и в солнечный, и в дождливый день". Быть готовым поддержать клиентов и партнеров, когда все плохо для них, но ты инвестируешь в будущее и отношения, тогда они не будут бегать на рынке, когда цена пойдет вниз. Поэтому заработки очень вариативны, в каждом продукте они отличаются и они динамичны. Наша стратегия — долгосрочное присутствие на рынке.
— Поэтому у вас, наверное, акцент на долгосрочные контракты? И как ваш рынок вообще построен, я провожу аналогии с рынком природного газа: долгие контракты, среднесрочные и спот?
— Рынок такой, что нужно работать с долгосрочными клиентами, среднесрочными и спот-продажами. Это специфика рынка. Иногда, как во время пандемии, к нам обращаются как к "поставщику последней надежды", как, например, обратились клиенты из североамериканского рынка из-за того, что Китай для них просто был физически закрыт.
— Какое главное влияние пандемии?
— Уменьшение личных контактов — это минус. Но удаленная работа привела к тому, что людям нужен компьютер, лэптоп. И этот фактор стал стимулирующим для производства электроники. Влияние есть, наши рынки не исключение, но мы справляемся.
— Ваши прогнозы по рынку, я бы хотел, в частности, акцентировать внимание на рынке полупроводников и других драйверах потребления редких газов, что там можно ожидать?
— Во-первых, если говорить о рынке электроники, мы наблюдаем стремительный рост. И есть множество факторов, подтверждающих продолжение этого роста. С другой стороны, ничто не растет вечно. Есть эффект мыльных пузырей, выравнивание баланса спроса и предложения. Поэтому переломный момент когда-то наступит. Но когда? Это сложно предсказать.
Во-вторых, для нас важным драйвером является космическая промышленность. Она развивается и, надеюсь, будет развиваться. Это одно из самых инновационных направлений, огромные инвестиции идут в этот рынок.
В-третьих, медицина. Ее развитие порождает спрос, например, так развивается микрохирургия.
В то же время мы понимаем, что вечного роста не бывает. Рынки ищут баланс спроса и предложения. Поэтому мы стараемся играть вдолгую, а не спекулятивно.
— Какой из редких газов сегодня наиболее востребован?
— Ксенон и криптон. Это взаимосвязанные газы. Сегодня они хедлайнеры во всем мире, потому что очень широкий спектр их применения, особенно ксенона. Он нужен медицине, электронике, космической промышленности и для различных точечных применений. А ученые в мире думают над тем, где его можно еще применять. За этим будущее!
Досье "ЭнергоБизнеса"
Юрий ХИДОЯТОВ, директор по продажам и развитию бизнеса компании Arnox.
Образование: Донецкий национальный университет — специальность "экономическая кибернетика", степень МВА МІМ-KYIV.
Опыт: 15 лет опыта от бизнес-аналитика до ключевых управленческих позиций в промышленных и инвестиционных компаниях.
Сфера профессиональных интересов: инновационные проекты и технологии, управление частным капиталом (Private Equity Funds) и устойчивое развитие бизнеса (Sustainability). Ключевые отрасли профессиональной экспертизы применения редких и технических газов: космическая промышленность, электроника и полупроводники, медицина и микрохирургия.
Хобби: автогонки, гольф, вейкбординг.
Любимые фильмы и книги: вестерны, детективы.
Любимое блюдо: узбекский плов, блюда итальянской кухни.
