Наш старый сайт

Борьба за шельф

Борьба за шельф

№38(1231) от 21.09.202124.09.2021

Сегодня шельфовая добыча — главный конкурент добыче сланцевой нефти, а также значительный фактор неопределенности для рынка газа

Когда практически все основные крупные месторождения нефти и газа на суше открыты и осваиваются, одно из самых перспективных направлений — разведка и освоение углеводородных ресурсов континентального шельфа.

Украинские шельфовые амбиции

Как следует из Национальной экономической стратегии Украины до 2030 г., которую Кабмин утвердил в марте, природный газ будет занимать одно из ведущих мест в энергобалансе Украины как минимум ближайшие десять лет. Документ предусматривает увеличение собственной добычи газа до 30 млрд куб м в год с нынешних 20 млрд.

Чтобы решить эту задачу, в правительстве рассчитывают на ресурсы и возможности государственного "Нафтогаза Украины". А вот у него — проблемы с наращиванием добычи газа.

В I полугодии 2021 г. компании "Укргаздобыча" и "Укрнафта", которые контролирует "Нафтогаз", сократили производство на 5.3% и 7.3% соответственно. А "Черноморнефтегаз" из структуры госхолдинга, напротив, увеличил добычу за аналогичный период почти на 9%.

Именно на шельфе Черного моря "Нафтогаз" сейчас видит наибольший потенциал среди всех своих проектов по добыче газа с точки зрения ресурсов и запасов. По разным оценкам, прогнозные и перспективные ресурсы шельфа Черного моря составляют порядка 1-2 трлн куб м газа и более 1 трлн т нефти с газовым конденсатом, что может обеспечить Украину дополнительной добычей в объеме 10 млрд куб м природного газа в год.

Немногим меньше года назад, в ноябре 2020 г., "Нафтогаз Украины" рассказывал о своих планах "в кратчайшие сроки" начать геологоразведочные работы на шельфе Черного моря. "Сегодня правительство приняло важное решение: поручило "Нафтогазу" провести геологическое изучение украинской части черноморского шельфа и предоставило компании право на получение специальных разрешений на освоение нефтегазовых участков в море. Мы, со своей стороны, настроены решительно и готовы в кратчайшие сроки начинать сейсмические исследования на море после решения официальных процедур", — говорилось в официальном сообщении компании.

Также там приводились предварительные расчеты, согласно которым инвестиции в первый год работ на шельфе могут достичь $40 млн. А после того, как будут получены результаты геологических исследований, можно будет рассчитывать на привлечение международных инвесторов для разработки месторождений. В случае успешной геологоразведки, промышленная добыча газа на шельфе может достигать до 10 млрд куб м в год, считают в компании.

Напомним, что 25 ноября 2020 г. правительство Украины предоставило, без проведения конкурса, "Нафтогазу" на 30 лет право на разведку и добычу газа и нефти на шельфе Чёрного моря. За получение разрешения на добычу газа и нефти "Нафтогаз" будет обязан заплатить в бюджет Украины сбор в размере от 1% до 10% от суммы, которая потенциально могла быть получена на конкурсе.

О том, что "Нафтогаз Украины" планирует возобновить добычу нефти и газа на шельфе Черного моря, заявил и тогдашний главный исполнительный директор компании Отто Ватерландер. Он напомнил, что украинская компания вела добычу углеводородов на шельфе Черного моря до присоединения Крыма к России. И сейчас проблема в том, что доставшиеся компании шельфовые участки расположены достаточно близко к Крыму. То есть они потенциально могут оказаться в зоне боевых действий, а такое соседство точно не способствует привлечению долгосрочных инвестиций. Так что очень вероятно, что из-за этого крупные международные компании постараются отложить принятие решения этих вопросов до наступления какой-то ясности относительно статуса Крыма.

В любом случае, в начале января 2021 г. Государственная служба геологии и недр выдала без аукциона 20 спецразрешений сроком на 30 лет на добычу нефти и газа на шельфе Черного моря НАК "Нафтогаз Украины" (приказ Госгеонедр №627). Согласно документу, "Нафтогаз" получил спецразрешения на добычу на 9 площадях месторождения "Скифское" и 11 — на месторождении "Дельфин".

Против Москвы и Румынии

Тот факт, что НАК получила право на шельфовую добычу без конкурса, вызвал достаточно острую реакцию в Москве. Тут стоит вспомнить, что после оккупации Крыма, Россия захватила около 100 000 кв км черноморского шельфа. Украина контролирует 40 000 кв км шельфа.

Не случайно еще в ноябре 2020 г. в ходе онлайн-дискуссии "Пять лет газовой независимости Украины" глава "Нафтогаза" Андрей Коболев заявил, что разработка нефтегазовых месторождений на шельфе Украины будет зависеть от фактора присутствия в регионе Черноморского военно-морского флота России, который ранее не позволял привлечь в проекты на шельфе иностранных партнеров.

"Первый шаг, который мы планируем на шельфе, — изучение. Все будет зависеть в том числе от фактора российского морского флота, который присутствует в Черном море и активно мешал нам до этого времени делать какие-либо действия. Нам надо учесть этот аспект риска и выбрать путь, которым его минимизировать, — отметил он. — Когда мы продемонстрируем способность работать в этом регионе, способность развития, отсутствие аспекта военной агрессии, тогда мы ожидаем появления в регионе больших международных компаний".

Проблема в том, что блок "Дельфин", где "Нафтогаз" планирует развернуть добычу, включает Одесское и Безымянное месторождения, которые сейчас разрабатывает Россия под охраной кораблей своего ВМФ. А в Москве не раз озвучивались заявления, что любые попытки Украины добывать углеводороды в Черном море у крымских берегов будут немедленно пресечены.

У соседней с нами Румынии на шельфе — свои интересы. Эта страна на разведку и добычу газа в Черном море направила за последние 20 лет около $1 млрд. Подтвержденные запасы — фактически на морской границе с Украиной — известны с 2012 г. и оценены примерно в 100 млрд куб м.

Румыны рассчитывают разрабатывать черноморские запасы совместно с Украиной, в том числе чтобы избежать конфликтов. В феврале нынешнего года "Нафтогаз" и румынская OMV Petrom подписали меморандум о сотрудничестве в части разведки и добычи газа на шельфе Черного моря. Компании будут работать над анализом возможностей по сотрудничеству на перспективных нефтегазовых участках в украинской части акватории Черного моря.

"OMV Petrom имеет знания и технологии в сфере бурения на шельфе и доказанный опыт успешной и эффективной разработки участков на суше в румынских Карпатах, регионе, который имеет общую геологическую историю с Карпатским регионом Украины, — сказал тогдашний главный исполнительный директор группы "Нафтогаз" Отто Ватерландер. — Мы видим большой потенциал совместной работы на этих участках и надеемся осуществить определенные шаги по налаживанию сотрудничества в ближайшем будущем".

"Наша стратегия заключается в расширении деятельности в Черном море. Партнерство с Украиной является логическим шагом на пути оценки возможностей в регионе, поскольку страна имеет едва ли не наибольший потенциал добычи природного газа в Европе", — дополнили его слова в OMV Petrom.

Тут надо учитывать, что пару лет назад Румыния столкнулась с падением объемов добычи газа и необходимостью его импортировать. Поэтому страна резко активизировала деятельность на шельфе Черного моря. Но возможностей для самостоятельных геологоразведочных работ (ГРР) на шельфе у Румынии мало, и это вынуждает Румынию входить в шельфовые проекты совместно с рядом партнеров.

В феврале 2020 г. румынский Romgaz договорился с OMV Petrom, румынской дочкой австрийской OMV, и польской PGNiG совместно предложить ExxonMobil выкупить принадлежащие ей 50% в проекте по добыче природного газа в Черном море Neptun Deep. Немногим ранее ExxonMobil подтвердила, что рассматривает возможность выхода из проекта.

OMV Petrom, которая контролирует оставшиеся 50% в проекте, тоже думала о выходе из проекта, но для нее этот проект более интересен, поскольку границы блока Neptun Deep примыкают к границам блока Han Asparuh в болгарском секторе Черного моря, где OMV Offshore Bulgaria владеет 30%. OMV было бы интересно объединить эти проекты, но целесообразность участия в проекте Neptun Deep компания будет оценивать с учетом изменений в законодательстве Румынии.

В свою очередь, польская PGNiG, сосредоточенная на поисках альтернативных источников газа для замещения поставок из России, ранее не афишировала своего интереса к активам в Черном море. Компания занималась проектами по увеличению добычи на территории Польши, договаривалась с Украиной по приграничному месторождению и приобретала доли участия в проектах на норвежском шельфе, газ с которых доставлялся бы в Польшу по магистральному газопроводу Baltic Pipe.

Наконец, Romgaz безусловно заинтересован в участии в проекте Neptun Deep. Компания подписала совместное обязывающее соглашение с OMV Petrom и PGNiG о партнерстве в покупке доли участия ExxonMobil в проекте Neptun Deep. Также Romgaz участвует в проекте по разработке блока Trident в румынском секторе Черного моря. Компании принадлежит 12.2% в проекте, ее партнером и оператором проекта является российский "ЛУКОЙЛ", которому принадлежит 87.8%.

Предварительные оценки показывают, что в границах блока Neptun Deep запасы газа могут составлять 42-84 млрд куб м. Блок площадью 7.5 тыс кв км расположен в глубоководном секторе Черного моря, где глубина воды колеблется в пределах 100-1700 м. В 2008-2016 гг. на блоке был проведен значительный объем 3D-сейсмических исследований и пробурены 8 разведочных и оценочных скважин, большинство из которых дали уверенный приток газа.

Буровая платформа

"Дельфин", о котором стоит помнить

Говорить о том, насколько реалистичны украинские планы добычи углеводородов на шельфе, довольно сложно. Слишком часто такого рода заявления являются пожеланиями, а не планами, и слишком часто возникают проблемы с точки зрения их реализации. Сейчас на сайте НАК очень сложно найти информацию о начале хоть каких-то работ на шельфе.

Правда, в марте нынешнего года исполнительный директор компании Отто Ватерландер заявил, что "Нафтогаз Украины" планирует начать бурение первых скважин на шельфе Черного моря в конце 2022 г.

"В конце 2022 г. - начале 2023 г. — на оффшоре, в конце 2023 г. — на суше. Это будут глубокие скважины", — сказал он, отвечая на вопрос о планах бурения. По его словам, компания ведет переговоры с потенциальными партнерами, чтобы привлечь инвестиции в проекты по газодобыче. "Это должны быть не маленькие компании, а крупные, которые смогут в перспективе инвестировать от $100 млн до нескольких миллиардов долларов. Но для этого мы должны им дать условия и выбор, показать для них перспективы и возможности", — пояснил О. Ватерландер. В целом, добавил директор "Нафтогаза", в планах компании инвестировать около $20 млрд в бизнес по добыче газа, половина из которых будут средства инвесторов.

Тогда же, в марте, "Нафтогаз" подписал меморандум о взаимопонимании с израильской корпорацией Naphtha Israel Petroleum, у которой есть не только финансовые ресурсы, но и успешный опыт реализации нефтегазовых проектов в восточной части Средиземного моря. Через паевой фонд эта компания участвует в разработке и эксплуатации газового месторождения Tamar вместе с корпорацией Chevron (США) и Delek Drilling (Израиль). В самой Naphtha заявили, что рассматривают украинский рынок газа как "потенциально привлекательный в долгосрочной перспективе и стратегически правильный проект для инвестиций".

При этом оправданные сомнения у инвесторов вызывает история с конкурсом на разработку месторождения "Дельфин". Напомним эту историю.

В июне 2019 г. Минэнерго под руководством Игоря Насалика провело конкурс по продаже прав на добычу на черноморском шельфовом месторождении "Дельфин". Победителем конкурса стала американская компания Trident Black Sea, принадлежащая бывшему депутату российской Госдумы Илье Пономареву. Но неожиданно правительство Алексея Гончарука аннулировало результаты конкурса.

В феврале 2020 г. занимавший тогда кресло министра энергетики Алексей Оржель обещал выставить на конкурс месторождение "Дельфин" несколькими лотами. Конкурс планировался на март. Однако этого не произошло — позднее "Дельфин" просто без конкурса целиком передали "Нафтогазу".

Со стороны все это выглядит, как явно нерыночная и недружественная в отношении инвесторов политика. Но на самом деле она вполне в интересах Украины. Дело в том, что в нашей стране очень много лицензий на разработку тех или иных месторождений полезных ископаемых выданы компаниям, которые на самом деле разработкой не занимаются.

Они просто держат лицензии, пользуясь тем, что отнять лицензию крайне сложно. А если посмотреть внимательно, то окажется, что очень у многих из них связанные с Россией учредители. Таким образом РФ просто блокирует развитие экономики Украины.

В правительстве опасались, что с "Дельфином" выйдет именно так. Некая компания выигрывает тендер и ничего не делает, только имитирует деятельность. Но имитирует так, что через суд лицензию отобрать не получается. В результате Украина просто не получает то, на что рассчитывала.

На самом деле, если посмотреть на мировую практику, то выяснится, что большинство стран, начинающих активную разведку шельфа с целью дальнейшей организации добычи газа, делают это через национальные нефтегазовые компании. Норвегия, Китай, Турция, Румыния, Мексика — во всех этих странах на многих месторождениях процесс разведки начинали аффилированные с государством компании, как и первый, наиболее высокорисковый этап начала добычи. При этом власти этих стран не стеснялись применять к таким проектам специальные упрощенные условия выдачи разрешительных документов и необходимых лицензий. А вот уже дальше подключались на конкурсной основе крупные компании, способные быстро масштабировать проекты добычи и привлекать большие объемы инвестиций.

В случае с Украиной к сложностям с организацией такого крупного проекта добавляется вопрос безопасности разведки и добычи из-за близости российских оккупационных войск (в Крыму). Так что тут роль государства возрастает. Без деятельного участия Министерства иностранных дел Украины и Министерства обороны обеспечить минимально приемлемые условия проведения разведки и бурения на шельфе просто не получится, а вопрос распоряжения месторождениями (лицензий) должен быть решен однозначно и не может допускать двойных толкований.