Наш старый сайт

Водородное завещание

Водородное завещание

№40 (1233) от 05.10.202108.10.2021

Энергомикс Германии после Меркель и перспективы Украины

В Германии прошли выборы, но несмотря на такие политические изменения, вряд ли энергетическая политика Германии, особенно на стратегическом уровне, будет хоть как-то откорректирована. Немцы упрямо движутся к низкоуглеродной энергетике, а первой жертвой этого движения станут немецкие АЭС, после — угольная генерация.

Сейчас Германия занялась лицензированием Nord Stream-2, но параллельно возлагает большие надежды на "зеленый" водород. Понятно, что газопровод будет запущен, а водород — это все еще желательная перспектива, хоть и подкрепленная стратегическими документами и политическими планами.

"ЭнергоБизнес" попробовал разобраться с немецким энергомикском, энергетической политикой Берлина и тем, как Украине вписаться в зачастую сумбурную политику "экономического локомотива" Европы.

Меркель уходит, политика остается

Эпоха Ангелы Меркель закончилась. Выборы в бундестаг прошли. В тройке лидеров — социал-демократы, консервативный блок Меркель ХДС/ХСС и "зеленые". Позитивная динамика СДПГ на электоральном финише оказалась возможной во многом благодаря личному рейтингу их кандидата Олафа Шольца — самого популярного политика среди нынешних претендентов на пост канцлера.

Социал-демократы стали самой популярной партией Германии, которая и будет создавать коалицию. Возможно, они попросту поменяются с ХДС/ХСС местами, переместив консерваторов на роль младших партнеров.

Интересно отметить провал "зелёных" (а еще в апреле они были лидерами), среди прочего, связанный со слишком революционными энергетическими идеями, что не всегда нравится консервативному немецкому электорату и среднему классу. Причем расхождение между руководством и базисом партии наметилось в основных вопросах, связанных с темпами продвижения "зеленой" повестки в Германии.

Среди прочего, речь в альтернативных проектах шла о запрете двигателя внутреннего сгорания уже с 2025 г., ограничении скорости на автомагистралях вне населенных пунктов до 70 км в час, а на скоростных автобанах — до 130 км в час и повышении цены выбросов углекислого газа до EUR140 за т (актуальная цена составляет в Германии чуть больше EUR28 за т, но к 2025 г. по решению Бундестага она должна быть увеличена до EUR55).

Это все в Германии, которая и так движется своим "зеленым" курсом, те же двигатели внутреннего сгорания планируют вытеснить до 2035 г. Низовые активисты "зеленых" пытаются "ускорить быстрое". В то же время лидеры партии "зеленых" долгое время находились в оппозиции и критиковали все, включая Nord Stream-2. Не помогло "зеленым" и недавнее наводнение в Германии.

Как бы там ни было, но энергетика Германии вообще и генерация электроэнергии в частности движутся своим "зеленым" курсом (главное тут слово — "своим"), а немцы могут поспорить о скорости этого процесса.

Бесконечный транзит

Для понимания движения энергетики стоит сравнить энергомикс Германии в 2010 г. и 2020 г. Итак, в 2020 г. следующая структура: ветер — 27%, уголь — 24%, АЭС — 13%, газ — 12%, солнце — 11%, биомасса — 9%, вода — 4%.

Микс 2010 г.: уголь — 43%, АЭС — 22%, газ — 14%, биомасса — 6%, ветер — 6%, вода — 3%, солнце — 2%, другое — 4%. Казалось бы, понятно, что уголь уходит из энергомикса Германии, но в этом году он вернулся на первое место. На законодательном уровне еще в середине 2010-х принято решение, что использование угля для производства электроэнергии будет прекращено только в 2038 г., так что время еще есть.

Правда, в 2020 г. эти планы были подкорректированы. 2038 г., как крайний срок завершения эксплуатации угольных ТЭС, сохранился, но не исключается досрочное завершение этого процесса.

На поддержку регионов, экономика которых пострадает из-за отказа от угля, будет выделено в общей сложности EUR40 млрд (!). Кроме того, для владельцев электростанций, которые работают на угле и прекратят работу до 2030 г., создается фонд компенсаций.

С угольными шахтами ситуация обстоит иначе. Они уже закрыты. В 2018 г. была закрыта последняя шахта. Между тем не стоит забывать, что эпоха добычи угля началась в Германии более 900 лет назад. В ХІХ веке уголь и сталь Рурской области обеспечили промышленную и военную мощь Германской империи. После Второй мировой войны угледобыча способствовала скорому возрождению западной части страны и ее интеграции в Европейское объединение угля и стали, а потом в Европейское экономическое сообщество. В 1940-60-х гг. многих, в том числе Францию, очень интересовал доступ к немецкому углю через общий рынок.

После закрытия шахт Германия стала импортировать уголь — преимущественно из России.

Что необычно, так это отказ и от угля, и от атомных электростанций, которые в Германии собираются закрыть уже в 2022 г. Между тем, скажем, Япония и Швеция полностью зависеть от ветра и солнца не хотят. Не говоря уже о Франции, которая делает ставку на атом.

В 2018 г. в Германии была закрыта последняя шахтаВ 2018 г. в Германии была закрыта последняя шахта

Закрытие АЭС означает необходимость подхватить их долю в энергомиксе. Сегодня это быстро может сделать только один источник.

Биометан не подходит. Так как не всегда хватает биомассы, точнее, уже гарантирована ее нехватка, учитывая сворачивание господдержки биометана в Германии с 2014 г. Как оказалось, немецкая модель производства биогаза начала вносить коррективы в деятельность аграриев, выращивающих культуры под биогаз (кукурузу), что не очень хорошо влияет на экологию всей Европы. Сегодня "золотым стандартом" развития биогаза является, скорее, "датская модель": работа с остатками растениеводства, пометом и перегноем животных.

Гидроэнергетика тоже не поможет, да она и не является мощным источником энергии в Германии. Что же остается? Остается газ.

Газ выгоден не только тем, что им удобно балансировать ВЭС и СЭС, но и для решения других проблем энергетики Германии. Ветрогенераторы, в частности, стоят главным образом на севере Германии, а промышленность, которая нуждается в энергии, — на юге. То есть в будущем базовая нагрузка, которую в прошлом несли АЭС, может быть переложена на газовые станции на юге Германии.

В таком случае нужно вспомнить о Nord Stream-2, который может быть введен в эксплуатацию в конце 2021 г. Использование газа, поступающего по NS-2 является, по словам властей страны, одним из путей достижения более экологически чистой энергетики. Конечно, экологический след российского газа немецкого министра не интересует.

"Мы не можем одним махом отказаться от угля, атомной энергии и газа", — заявила весной министр по вопросам охраны окружающей среды ФРГ Свенья Шульце. По ее словам, Германия будет нуждаться в газе и в этом, и в следующем десятилетии (2030-е годы), и поэтому стране необходим NS-2.

Как бы там ни было с европейской солидарностью, Германия будет замещать АЭС и постепенно уменьшающуюся угольную генерацию газом. Со временем, возможно, ВЭС отвоюет у газа какую-то долю в миксе. Но точно сказать, как долго газ будет "транзитным топливом поворота" (именно этот термин используют в Германии Energiewende для энергетического перехода) в энергетике, сегодня почти нереально.

Водород и инвестиции

Германия закрепила серьезность своих "зеленых" намерений на законодательном уровне, зафиксировав обязательство перехода на углеродно-нейтральную экономику к 2050 г. Тот же Закон о расширении использования возобновляемых источников энергии 2014 г. и Закон 2020 г., который ускоряет возможность закрытия угольных станций и гарантирует ряд стимулов для бизнес-собственников ТЭС.

Однако солнечные панели и ветропарки, в силу зависимости от погодных условий, нуждаются в дополнительном источнике генерации, способном их подстраховать. Сегодня это преимущественно газ, но в гипотетическом будущем его место может занять водород, на который политики в Европе, Северной Америке и Азии возлагают большие надежды.

Вопрос перехода к "зеленой энергетике" на основе водорода занимает одно из центральных мест в сфере реформирования энергетического сектора ФРГ. Серьезность намерений федерального правительства по развитию национальной водородной энергетики подкреплена принятием соответствующей стратегии в июне 2020 г. На финансирование водородной отрасли выделено EUR9 млрд.

В июле 2020 г., месяц спустя после принятия немецкой стратегии, уже на уровне ЕС были приняты "Водородная стратегия для климатически нейтральной Европы" и программный документ "Обеспечение климатически нейтральной экономики: стратегия ЕС по интеграции энергетических систем". По сути, речь идет о редизайне энергетической инфраструктуры Европы под водород.

Для поддержки производства "зеленого" водорода (в т.ч. на территории Украины) европейская ассоциация Hydrogen Europe объявила об инициативе 2x40GW Green Hydrogen. Ее цель — увеличение электролизных мощностей до 80 ГВт (они являются важнейшим компонентом производства "зеленого" водорода).

В Hydrogen Europe неоднократно подчеркивали, что 80 ГВт — это все-таки произвольная цифра. Производство половины "желательного" объема водородной энергии, 40 ГВт, разворачивается в ЕС. Вторая половина — в Северной Африке и Украине (30 ГВт и 10 ГВт соответственно). Планируется, что большая часть произведенного в Украине "зеленого" водорода будет экспортироваться в ЕС. В рамках инициативы 2x40GW Green Hydrogen Украина гипотетически может рассчитывать на инвестиции в размере EUR20 млрд. Впрочем, к этой сумме нужно относиться тоже очень "произвольно". Ассоциация — на то она и ассоциация, позитивные вербальные интервенции являются частью ее работы.

Если говорить про гарантированные структурные инвестиции, то Украина, как страна-подписант Меморандума о новом энергетическом партнерстве, может получит от Германии от EUR300 млн до EUR500 млн на развитие сектора водородной энергетики. Еще можно рассчитывать на пока еще туманную договоренность США и Германии "продвигать инвестиции" в $1 млрд в "Зеленый фонд". Он должен помочь Украине перейти на более чистые источники энергии. Первоначально Германия может вложить в фонд $175 млн. Вот, собственно, и все, что хоть как-то гарантировано. Возможно, все эти три цифры являются многократным упоминанием одного и того же.

Отдельно стоит напомнить, что к структурным фондам ЕС Украина, "важный партнер ЕС в вопросе водорода", не подключена и не может быть подключена, поэтому редизайн сетей придется делать за свои кровные. И пока не ясно, сколько необходимо на это денег.

Конечно, недавно свое мнение высказал председатель правления НАК "Нафтогаз Украины" Юрий Витренко, который заявил, что для полной замены традиционных источников энергии возобновляемыми Украине нужно около 25 лет и инвестиции на $100 млрд. Скорее всегда, редизайн сетей входит в эту цифру. Впрочем, пока это мечты.

Пока у нас в стране большие проблемы с защитой прав собственности и инвестиционным климатом. И винить можно кого угодно, но, как в случае с Nord Stream-2, перевести стрелки на страну агрессора и Ангелу Меркель с Германией не получиться. Тут одни только фискальные таланты господина Даниила Гетманцева стоят всех «инвестиционных нянь» вместе взятых. Бизнес любит низкие налоги и предсказуемость. К сожалению, пока нет в Украине ни человека, ни партии, ни элитарной группировки, гарантирующих стабильность фискальной политики. Поэтому в наших реалиях ждать частных инвестиций до 2050 г. — звучит как ожидание второго пришествия.

В связи с этим, рассчитывать на иностранные частные инвестиции можно либо от компаний, которые уже сейчас работают в энергетике Украины и с энергетикой Украины, либо при условии создания каких-то ну очень тепличных режимов для отдельных инвесторов. Как показало быстрое развитие СЭС и ВЭС в Украине, непродуманные спецрежимы решают одну проблему, но создают другую.

Словом, нет разумной экономической политики — нет инвестиций. Нет доступа к структурным фондам ЕС — нет инвестиций. Что не мешает мечтать о крупномасштабных вложениях.

И напоследок

Таким образом, энергетика Германии действительно находится в трансформации. И даже несмотря на свои ошибки — неправильная модель стимулирования биогаза и закрытие АЭС, — именно немцы задают темп всем другим. Так как немцы являются историческими лидерами экономической модернизации в Европе (и британцы), они могут влиять на темпы и задавать стандарты. Если не "споткнутся", конечно, что с ними уже случалось.

Энергетический поворот нацелен на выдавливание "грязных" энергетических технологий, прежде всего угля и ДВС в автомобилях. В связи с выводом АЭС с генерации, в Германии на некоторое время вырастет потребление газа энергетикой.

В Германии, кажется, понимают зависимость от газа. Водород рассматривается как способ заменить газ в его способности маневрировать нестабильность ВИЭ, но в перспективе не раньше 2040 г., а то и позже.

В этом контексте Украине нужно, во-первых, присматриваться к водороду, но основной акцент все-таки делать на оперативные проблемы: добыча газа, будущее теплоэнергетики, маневренные мощности, развитие ВИЭ, будущее АЭС, модернизация сетей, ну и биометан.

Во-вторых, необходимо все-таки выстроить эффективную модель энергетического рынка. Пока непонятно, кто будет инвестировать в нескончаемые прайскэпы и спецобязательства (а по факту перекрестное субсидирование), административное ценообразование, далекое от поиска баланса между спросом и потреблением.

В-третьих, решить проблему общего уровня инвестиций в Украину. Все международные рейтинги показывают катастрофическую ситуацию. И тут мы упираемся в политику. Ближе к выборам потребность главы государства раздать "плюшки" электорату только вырастет, налоговое давление на всех будет только расти, а от либерального образа В. Зеленского образца 2019 г. останутся разве что анекдоты про "инвестиционную няню".

Деньги не идут в Украину — и это проблема, которую ни американцы, ни немцы не могут решить. Даже эмиссионные усилия ФРС и ЕЦБ нам не помогают "зачерпнуть из потока". А инвестиции в водород — это риски даже в развитых экономиках.

И если не решить задачки нижних уровней, то и "расчистить" площадку для водорода не выйдет, он останется только футурологической сказкой, а Украина никак не сможет зацепиться за энергетику ЕС в частности и экономику вообще.